Оружейная коллекция
Популярное
Магия MAG-7. Оригинальная стреляющая африканская экзотикаБоевое гладкоствольное ружье MAG-7, детище южноафриканской фирмы Teсhnoarms, без сомнения, можно отнести к разряду оружейной экзотики. Причем не только из-за страны происхождения, но и из-за его конструкции, и внешнего вида. Этот полицейский помповый дробовик 12 калибра «копирует» известный израильский пистолет-пулемет Mini-UZI.
Пистолет-пулемёт HAFDASA C-2 родом из АргентиныВ самом начале тридцатых годов аргентинский оружейник Хуан Ленар разработал первый проект пистолета-пулемета. Это оружие, несмотря на все свои преимущества, не заинтересовало армию. Тем не менее, отказ военных не заставил инженеров прекратить работы в многообещающем направлении. Через несколько лет результаты своей деятельности в области пистолетов-пулеметов представила компания HAFDASA. Первой ее собственной разработкой такого рода стало изделие под названием C-2.
Поэма о железном Максиме (часть 1)Про пулемет Максима не писал разве что ленивый. Но… всегда так бывает, когда собираешь материал несколько лет, его находится, во-первых, много, а во-вторых, в нем много такого, что ранее ускользнуло от внимания авторов. Поэтому иногда стоит возвращаться к любой теме, в том числе и к «теме пулемета «максим», которая вполне претендует на то, чтобы стать самой настоящей «поэмой». Странно, конечно, испытывать пиетет к человеку, который больше всего прославился тем, что созданное им изобретение убило больше всего людей на планете Земля.
Первый собственный аргентинский. Пистолет-пулемёт Хуана ЛенараВ первых десятилетиях прошлого века Аргентина начала строительство собственных оружейных предприятий. Новые фабрики начали деятельность с производства копий зарубежного вооружения, а затем приступили к созданию первых самостоятельных проектов. В тридцатых годах этот процесс дошел до области пистолетов-пулеметов. Первым аргентинским пистолетом-пулеметом стал экспериментальный образец под названием Lehnar. Мало того, это был первый пистолет-пулемет, созданный в Южной Америке.
Единые пулемёты на вооружении в ГерманииКонцепция единого пулемета зародилась еще в конце Первой мировой войны. Ход боевых действий показал, что вполне оправдано использовать одну и ту же конструкцию, с минимальными изменениями...
Оружие
САУ «Конденсатор» и «Трансформатор». О почти миномётахМногие помнят старый бородатый анекдот о горе-артиллеристах, которые очень хотели выстрелить по Москве из дедовской пушки? Только вот калибр снаряда был чуть больше калибра ствола. Вот и решили кумовья забить снаряд кувалдой. Результат предсказуем.
Противотанковые средства используемые в американской пехоте (часть 1)Незадолго до начала Второй мировой войны в американской армии вообще не было специализированного противотанкового оружия. Борьба с танками противника возлагалась на полевую артиллерию, которая в основной своей части сильно устарела...
ЗРК С-300 и С-400: реальные убийцы F-35 или переоцененные пустышки?По результатам недавних событий в Сирии возобновились обсуждения современных средств противовоздушной обороны. Зарубежные военачальники сделали ряд заявлений о российских ЗРК, а кроме того, темой заинтересовалась иностранная пресса. Так, свою оценку имеющейся ситуации вокруг систем ПВО российского производства попытался дать американский сайт The National Interest.
Перспективный проект боевой машины пехоты «Объект 1020»В начале шестидесятых годов советская оборонная промышленность работала над новыми проектами боевых машин пехоты того или иного рода.
Минометы:длительная эволюция большого калибраПеред тем, как продолжить минометную тему, хотим сказать несколько слов в адрес тех, кто внимательно читает. Да, мы не профессиональные минометчики, но что такое миномет знаем прекрасно, и его работу проверяли на практике. На себе. В разных местах.
Подпишись на рассылку и будь всегда в курсе наших новостей.

Сохранить «золотой запас»

Сохранить «золотой запас»


Как умелый хирург предпочтёт проверенную в тысяче сложных операций медсестру иному титулованному ассистенту, так и понюхавший пороху командир вертолёта не променяет «рукастого и головастого» техника ни на какого инженера. Но бортовые техники – особая категория и лётного, и инженерно-технического состава вертолётных частей сегодня оказались в дефиците.

Вполне очевидно, что армейская авиация сегодня поднимается на совершенно новый уровень технического оснащения. В особой мере это касается вертолётных частей и подразделений. «Аллигатор», «Ночной охотник», «Терминатор» - это не просто звучные названия боевых винтокрылых машин, а вполне ёмкая форма отражения современных вертолётов Ка-52, Ми-28Н, Ми-8 АМТШ. Но какой бы совершенной ни была винтокрылая техника, её жизнеспособность обеспечивают люди, а конкретно – специалисты инженерно-технической службы. А к сегодняшнему дню в их профессиональной подготовке накопились и проблемные аспекты.

Кадровики и командиры вертолётных частей выпускников Кировского авиционно-технического училища считают «золотым запасом» среди специалистов наземных служб. К сожалению, запас этот заметно идёт на убыль. Реформаторство, не выверенное практикой, привело к тому, что многие из них безвозвратно ушли в другие ведомства и в гражданскую авиацию, где этот образовательный уровень ценится по достоинству. Мне довелось обсуждать проблему со многими вертолётчиками – командирами подразделений, пилотами, инженерами, и все они добрым словом отзываются о кировских «технарях».

- Уже перешагнув КПП авиаполка, выпускники-лейтенанты этого училища готовы были сдавать зачёты по самостоятельной подготовке техники к полётам, – делится своим мнением заместитель командира авиационной базы по инженерно-авиационной службе подполковник Эдуард Харченко. - Закрытие этого учебного заведения породило острый дефицит хороших авиатехников. Военно-воздушная академия не может пока выполнить кадровые заявки вертолётчиков на авиаинженеров. К тому же там пока не выпускаются специалисты вертолётного профиля.

На переучивание самолётного «технаря» уходит немало сил и времени. Должность инженера авиационного комплекса, и тем более бортового техника, предполагает не только доскональное знание конкретного типа вертолёта, но и овладение должностными контрольными функциями по самым разным системам оборудования и вооружения боевой машины, умение самостоятельно работать в отрыве от своего аэродрома на площадках временного базирования. Поэтому воронежского выпускника-инженера в вертолётных частях, как правило, сначала назначают в ТЭЧ или группу технического обслуживания эскадрильи, где он практически с нуля осваивает буквально всю разноплановую начинку вертолёта, учится в одинаковой мере работать с техдокументацией и «железом», осваивает контрольные функции над результатами работы всех специалистов. Ведь если хоть один элемент в этом деле хромает – это прямая угроза безопасности полётов. Только после всесторонней обкатки практикой молодой офицер способен сдать зачёт по допуску на должность инженера авиакомплекса или борттехника. В среднем на это уходит два-три года – почти столько же, сколько в Кировском училище готовился авиатехник. Ещё сложнее обстоит дело с призываемыми из запаса специалистами. К примеру, мне в одной из вертолётных эскадрилий довелось убедиться, как выпускник Казанского авиационного института при всём высказываемом им желании уже второй год не может освоиться в инженерной офицерской должности. Понимаю, почему схватился за голову командир вертолётной части, когда услышал, что к нему направлен на должность инженера авиакомплекса добровольно призванный из запаса учитель географии. Добровольца понять могу – денежное содержание и соцпакет военных профессионалов сегодня вполне привлекательны. А вот кадровиков, подкинувших такой «сюрприз» боевым вертолётчикам, – понимать отказываюсь. Не думаю, что тем самым они поднимут коэффициент укомплектованности инженерно-техническим составом, который во многих вертолётных частях не дотягивает до единицы. То есть борттехникам приходится летать с подменой в составе разных экипажей, а наземным инженерам обслуживать не только свои штатные авиакомплексы, но и работать за того парня, которого вовсе нет, или который годами не может получить допуск «на самостоятельность». Между прочим, «географ» направлялся на вакансию в эскадрилью Ка-52. А ведь «Аллигатор» - это вертолёт новейшего поколения, отличающийся от предшественников как вазовская «шестёрка» от «лексуса» нынешнего года выпуска.

Когда должности авиамехаников было решено комплектовать контрактниками, вертолётчики понимали, что никто готовых специалистов им не даст, поэтому сами взялись за интенсивную подготовку этой категории специалистов. И хотя почти половина новичков не имела технического образования, за счёт индивидуального наставничества, чёткого планирования и реализации поэтапной теоретической и практической подготовки каждого младшего авиаспециалиста по методике Кировского ВАТУ уровень механиков в вертолётных подразделениях вполне соответствует требованию дня.

А вот бортовые техники – особая категория и лётного, и инженерно-технического состава вертолётных частей – оказались в дефиците.

- При любых лётных нагрузках, как бы далеко от авиабазы ни работал экипаж, вертолёт всегда должен быть готов к выполнению задачи, - говорит бортовой техник Ми-35 капитан Сергей Стасько. – Ответственность борттехника – такое же профессиональное качество, как и доскональное знание машины, умение приложить в деле и руку, и смекалку.

Опытный борттехник устанавливает с вертолётом режим круговой поруки (в хорошем смысле): его умение и самоконтроль гарантируют живучесть боевой машины, а профессиональная надёжность техники обеспечивает живучесть экипажа.

Авиатехник при желании инженером вполне может стать. А вот инженеру «обратный» ход уже как бы и не по статусу будет. И когда лучшие техники становятся отличными инженерами – это куда больше идёт на пользу вертолётам, чем «инженеризация» технических должностей с дефицитом «рукастых» спецов, способных, как говорится, заставить и табуретку летать, если запасной винт найдётся. Так всё же, может быть, имеет смысл восстановить училище вертолётных техников. К тому же с возвращением института прапорщиков логично было бы вспомнить и о былых двухгодичных школах техников ВВС для подготовки надёжных профессионалов этой незаменимой пока категории вертолётных специалистов. Ведь новому облику армейской авиации вполне может ещё пригодиться выверенная практика подготовки заботливых и надёжных хозяев винтокрылых машин.