Оружейная коллекция
Популярное
Поэма о железном Максиме (часть 6)Материалы серии «Поэма о «Максиме» читателям ВО в основном понравилась. Но многие из них высказали пожелание увидеть на страницах сайта рассказ и о предшественницах «максима» - митральезах или картечницах. И да, действительно, ведь время, когда Хайрем Максим сконструировал свой знаменитый пулемет, можно с полным правом назвать эпохой митральез, которые применялись и в полевой войне, и на флоте.
Складные пистолетные приклады разработки Бенке — Тимана (Венгрия, Германия)Некоторые модификации самозарядных пистолетов прошлого комплектовались деревянной кобурой-прикладом и имели направляющие для ее установки. Такой приклад улучшал показатели точности и кучности, но все же не отличался особым удобством использования. Деревянное устройство имело большие габариты и немалый вес, что могло мешать стрелкам.
Винтовки по всем странам и континентам.Часть 16. «И дальше задвинуть патрон пальцем…»А было так, что после появления винтовки Пибоди, как это всегда и бывает, появилось множество ей подражаний. Это и винтовка Робертса, и Вестелей Ричардса, и Суинберна, и Кокрена, да все их просто не перечислишь. Но тут же последовали усовершенствования иного рода, например, попытки объединить затвор Пибоди и подствольный магазин.
Поэма о железном Максиме (часть 4)Уже первые случаи применения пулеметов в Африке показали, какое это могущественное боевое средство. Естественно, что уже тогда, а именно в конце XIX — начале XX века европейские пацифисты начали выступать с требованиями наложить запрет на использование пулеметов, как откровенно негуманное оружия.
Поэма о железном Максиме (часть 5)А сейчас есть смысл немного прервать наше повествование о Х.Максиме и его пулемете и немного «забрести в ту степь». То есть посмотреть, а что в это же самое время делали другие изобретатели. Ведь не один же Максим был умным и образованным инженером. Были люди и образованнее, чем он, закончившие университеты, строившие мосты и паровозы, разрабатывавшие сложные станки и оборудование для тех же оружейных заводов, словом – люди, по крайней мере, ему не уступавшие в интеллекте, знаниях и опыте. Были такие?
Оружие
Т-90М и M1A2 SEP v.3: какой из танков модернизирован лучшеКакой танк лучше, Т-90 или M1 Abrams? Этот вопрос появился одновременно с более новой машиной и до сих пор остается актуальным. Он уже успел получить массу ответов, в том числе и диаметрально противоположных. Продолжению споров, среди прочего, способствует постепенное развитие двух бронемашин, приводящее к появлению новых модификаций.
Ручные гранаты семейства Mk III / MK3 родом из СШАПочти все ручные гранаты предназначались и предназначаются для поражения живой силы противника взрывной волной и осколками. Однако некоторые образцы подобного оружия имели иные возможности и сокращенные боевые качества. Так, специфика боев Первой мировой войны привела к появлению американской ручной гранаты Mk III / MK3, в составе которой с самого начала отсутствовал металлический корпус. Вследствие этого граната могла поражать противника только ударной волной, но не осколками.
Авиатанк, или летающий танк - исторический следСегодня идея создания летающего танка представляется достаточно абсурдной. Действительно, когда в твоем распоряжении есть транспортные самолеты, способные перевезти танк из одной точки мира в другую, о приделывании крыльев к тяжелой бронированной боевой машине как-то не задумываешься. Однако в 1930-х годах прошлого века все было совсем иначе, самолетов, способных перебросить танки по воздуху, просто не существовало, поэтому сама идея создания полноценного авиатанка беспокоила умы многих конструкторов в разных странах мира. При этом наибольшую известность получили проекты США и СССР в этой области.
Исторические рассказы об оружии. Пехотный танк Mk.III «Валентайн» снаружи и внутриПерейдем к союзникам. СССР стал единственной страной, куда «Валентайны» поставлялись по программе ленд-лиза. Нам за войну отправили 3782 танка, или 46% всех выпущенных «Валентайнов», в том числе почти все машины, произведённые в Канаде.
История танковой перестройкиПоддержание технологической актуальности существующих боевых машин является важнейшим элементом модернизации. В частности, что касается танков, в течение десятилетий остававшихся ключевым элементом общевойсковых боевых действий, то здесь преобладают скорее модернизации, чем новые платформы. Легкие бронемашины, хотя и дешевле для замены, также модернизируются, поскольку многие страны располагают ограниченными бюджетами на новую технику.
Подпишись на рассылку и будь всегда в курсе наших новостей.

Намного раньше еще до «Мистралей»

Намного раньше еще до «Мистралей»


Многим известно о советско-итальянском техническом сотрудничестве в области военного кораблестроения. Итоги его также широко освещены. Это и строительство на итальянских верфях для СССР, прославившегося в годы войны лидера эсминцев «Ташкент», и помощь в проектировании первого крейсера советской постройки «Киров», создававшегося на основе теоретического чертежа итальянского «Эудженио ди Савойя», это и итальянские корабельные силовые установки, торпеды и зенитные орудия, которые легли в основу наших двигателей и систем вооружения. Гораздо менее известно, что первоначально за подобной помощью Советский Союз обратился к Франции. И вероятность того, что советские крейсеры и лидеры несли бы в себе черты французской корабельной школы, была чрезвычайно велика. Однако обо всем по порядку.

Значительным событием в истории Вооруженных сил Советского Союза, а в тридцатых годах стали планы отечественного кораблестроения на вторую пятилетку. 11 июля 1933 г. Совет Труда и Обороны (СТО) принял постановление "О программе военно-морского судостроения на 1933-1938 гг." В стране полным ходом шла интенсивная реконструкция старых и, строительство новых кораблестроительных предприятий, организовывались новые отрасли производства. Наряду с этим, Советский Союз обратился к закупкам современных технологий на Западе.

Командировки советских инженеров и специалистов за рубеж находились под личным контролем И.В. Сталина. Именно он в конце 1933 года дал указание наркомвоенмору К.Е. Ворошилову, направить во Францию наших специалистов для ознакомления с состоянием французской военно-морской техники и промышленности для определения возможности и условий привлечения зарубежной технической помощи постройке кораблей Военно-Морских Сил РККА.

3 января 1934 года, Ворошилов приказал начальнику управления кораблестроения ВМФ С.А. Сивкову, выехать 6 января с группой военно-морских инженеров во Францию.

Перед группой стояла задача выяснить условия покупки во Франции ряда образцов механизмов, оружия, оптики и средств связи. В письменном распоряжении Сивкову предписывалось ознакомиться "путем личного осмотра" с новейшими подводными лодками французского флота большого тоннажа типа "Агоста", и среднего тоннажа типа "Ориэн", и "Перль"; с лидерами "Фантаск", эскадренными миноносцами, эскортерами типа "Байонез", крейсерами последней постройки. А также с торпедными катерами; образцами новейших морских орудий, в частности, зенитных 100 мм, 75-мм и 37-мм; со снарядами — бронебойными, фугасами, осветительными, ныряющими; с торпедами и минами, обратив особое внимание на радиоуправляемые и воздушные торпеды, а также на мины против вводных лодок; с герметическими двойными и тройными торпедными аппаратами для подводных лодок; с приборами связи для подводных лодок в надводном положении.

Намного раньше еще до «Мистралей»


Группе советских инженеров надлежало осмотреть во Франции: главные судостроительные и машиностроительные заводы страны, в частности заводы, занимающиеся поставкой турбин, дизелей и вспомогательных механизмов; заводы, изготавливающие аккумуляторные батареи и длинные перископы для подводных лодок; заводы, производящие среднюю и зенитную артиллерию и снаряды; торпедные и минные заводы; опытовый судостроительный бассейн.

В случае удовлетворительной оценки возможностей французской военно-морской промышленности, Сивкову надлежало затребовать от соответствующих французских фирм следующую информацию: условия получения технической помощи по проектированию лидеров эскадренных миноносцев; технические данные и условия для покупки последних моделей аккумуляторных батарей и электрических моторов для подводных лодок; длинных перископов для подводных лодок; моторов для торпедных катеров; торпедных аппаратов для подводных лодок; зенитных систем; торпед и мин; средств связи; отдельных корабельных механизмов и устройств: главных турбин и котлов, дизелей, турбовентиляторов и т.д.

Уже 7 февраля 1934 г. на стол Ворошилову лег подробный отчет о командировке группы Сивкова во Францию. Из отчета было видно, что во Франции были осмотрены: лидеры эскадренных миноносцев "Эпервье", а также "Фантаск" и "Одасье"; эскортеры; торпедные катера типа "Ведетт"; крейсер "Эмиль Бертэн"; подводная лодка "Конкеран"; аккумуляторные батареи для подводных лодок и перископы.

Намного раньше еще до «Мистралей»


Группа осмотрела судостроительные и машиностроительные заводы. В своем отчете Сивков сделал определенные выводы. Уровень французской военно-морской техники в части легких и быстроходных кораблей — высокий и вполне современный. Французские лидеры и эскортеры — отличные корабли, типы их вполне подходящие. «Считаю необходимым, — писал он, — приобрести у французов техническую помощь по лидерам полностью (чертежи, инструктаж, заказ во Франции первой механической установки) и чертежи по эскортерам. Показанное нам французами в области подводного плавания не дает возможности сделать сколько-нибудь надежных выводов об уровне их подводной техники — необходимо более подробное ознакомление с подводными лодками, которые следует считать хорошими боевыми судами".

К отчету Сивков приложил подробное описание французских лидеров ''Эпервье" и "Фантаск", а также описание подводной лодки "Конкеран". Из отчета видно, что Сивков считал наиболее удачными и современными кораблями французского флота — лидеры и эскортеры и предлагал купить техническую помощь на постройку лидеров для ВМС РККА.

13 февраля 1934г. Ворошилов обратился к Сталину и Молотову с просьбой, обсудить вопрос о получении французской технической помощи на ближайшем заседании комитета обороны, а также сообщил им о том, что ездившая во Францию группа Сивкова, выдвинула необходимость приобретения французской технической помощи по лидерам типа "Фантаск" и эскортерам. Для пущей убедительности Ворошилов приложил отчет Сивкова о командировке во Францию.

Получив принципиальное "добро" от руководителей страны, Ворошилов уже на следующий день, 14 февраля 1934 г. пишет Сталину записку, в которой просит его дать распоряжения наркому иностранных дел Литвинову, об обращении к Французскому Правительству со специальным письмом по этому поводу.

Намного раньше еще до «Мистралей»


Если целью командировки группы под руководством Сивкова было ознакомление с французской промышленностью и "прощупывание" возможности сотрудничества с французами в области военно-морского строительства, то следующая группа инженеров под руководством начальника Главного управления судостроительной промышленности Муклевича, направлялась во Францию уже для ведения переговоров с морским министерством и подготовки договора о французской технической помощи.

Группа Муклевича находилась во Франции с 15 апреля по 26 мая 1934 г. За этот период времени советские инженеры осмотрели 10 судостроительных и машиностроительных заводов и строящимся на них суда, особенно лидеры и эскорт французского военного флота. Муклевичу даже удалось выйти в море на лидере "Эпервье".

Группа собрала материал по конструкции и стоимости интересующих советское командование кораблей, а также по оборудованию судостроительных заводов. Муклевич получил согласие морского министерства и фирм, на поставку в Советский Союз главных механизмов, идентичных строящимся для французского военного флота и проектов лидера эскортера, незначительно отличающихся от французского прототипа. Кроме того, Муклевич договорился о принципиальном согласии на оказание нашему флоту технической помощи по освоению первых кораблей и механизмов.

7 июня 1934 г. было принято постановление Совета Труда и Обороны СССР, в котором торгпреду во Франции поручалось продолжить переговоры, начатые Муклевичем. Указывалось на необходимость подготовить почву для приезда в Москву представителей фирмы, с которой будет намечено заключение соглашения.

В постановлении была указана предельная верхняя цена на поставку механизмов, чертежей и техпомощь по лидеру — 3,5 млн. рублей и по эскортеру — 1,5 млн. рублей. Ответственность за переговоры с фирмами во Франции была возложена на торгпреда Островского, а в Москве — на Муклевича.

В соответствии с данным постановлением СТО СССР, переговоры о французской технической помощи по лидеру и эскортеру велись на первом этапе в Париже в течение лета 1934 года торгпредом СССР во Франции Островским с двумя группами фирм:
1. Судостроительной фирмой "Франс" и связанной с ней турбостроительной фирмой "Фив-Лилль", строившей турбины Парсонса.
2. Фирмой "Пеноэт" и "Бретань", строившей турбины "Рато".

В помощь торгпреду по техническим вопросам Управлением Морских Сил был командирован инженер Алякринский. Переговоры с первой группой фирм прошли благоприятно в силу того, что торгпредство во Франции заранее ориентировалось именно на эти фирмы, имея с ними в прошлом ряд дел, и считая их вполне зарекомендовавшими себя, а также в силу большей инициативы самих французских фирм, не требовавших правительственных гарантий кредита и заявивших более низкую цену (49,5 млн. франков — около 3,8 млн. рублей). Поэтому уже летом 1934 года в Париже с фирмами "Франс" и "Фив-Лилль" удалось достичь определимых соглашений.

Переговоры с группой фирм "Пеноэт-Бретань" протекали значительно тяжелее. Основным затруднением служило несогласие французов на предоставление кредита без гарантий парижского правительства и более высокая цена, заявленная этими фирмами (55 млн. франков — около 4,1 млн. рублей).

Представители фирм "Франс" и "Фив-Лилль" были приглашены в Советский Союз. В период с 9 по 22 сентября 1934 года Главморпромом совместно с французскими представителями были обсуждены технические требования и вопросы производственной технической мощи. В процессе этих переговоров удалось достичь соглашения по следующим вопросам:
1. Обеспечение доступа советских военно-морских инженеров к подробностям производства на французских заводах.
2. Получение всех необходимых данных для постановки производства в СССР отдельных механизмов и их деталей до поковок и отливок включительно.
3. Помощь в производстве турбинных лопаток.
4. Получение расчетных данных и методов расчета по главнейшим механизмам.

На некоторые требования советской стороны представители фирм ответить не могли и выехали для проработки их во Франции. Уже в октябре 1934 года фирмы "Франс" и "Фив-Лилль" прислали из Франции свои заключения по всем рассматриваемым вопросам, причем они согласились принять все требования советской стороны.

17 декабря 1934 года начальник Управления Морских Сил РККА Орлов, на имя народного комиссара Обороны, представил подробную справку-доклад о ходе переговоров с французами, в котором делался вывод о том, что Главморпром, соглашаясь с мнением Торгпредства СССР во Франции, предложил заключить договор с группой фирм "Франс-Фив-Лилль".

29 декабря 1934 года было принято Постановление СТО СССР, в котором говорилось: "Утвердить выбор фирмы "Шантье де Франс" и "Фив-Лилль" для заключения с ними договора на техническую помощь по лидеру с турбинами системы "Парсонс" и гарантированной средней скоростью 39 узлов при восьмичасовом испытании и 41 узел на полную мощность в течение одного часа. Увеличить лимит на расходы по договору до 4,8 млн. рублей, включая в эту сумму расходы по транспорту, кредиту, дополнительному оборудованию и прочее. Народному комиссару тяжелой промышленности (тт. Орджоникидзе и Муклевич) подготовить постройку двух лидеров по французским чертежам, предоставив в двухмесячный срок по заключению договора план постройки судов".

Все, как видим, складывалось вполне удачно, но в феврале 1935года, во время подписания договора на постройку лидера и техническую помощь, представители фирм "Шантье де Франс" и "Фив-Лилль" неожиданно заявили новые условия по оплате постройки лидера в сумме 57 млн. франков, то есть на 7,5 миллионов больше, чем ранее заявленная ими цена. Повышение цены французы мотивировали, якобы, увеличенным объемом технической помощи и необходимостью уплаты ими больших сумм контрагентам, за передаваемые советской стороне чертежи вспомогательных механизмов и устройств.

В справке-докладе на имя Сталина и Молотова 28 февраля 1935 года А. Розенгольц (народный комиссар внешней торговли) высказал мнение, что мы не можем принять новые условия французов. Он предложил еще раз вступить в переговоры с самими владельцами фирмы, и если в течение двух недель они не отступят от своих ничем не обоснованных требований, то "нам следует прекратить вовсе переговоры по этому делу с французскими фирмами и вступить в переговоры с фирмами других стран, в частности, Италии или Англии".

Начальник Главморпрома Муклевич в письме, адресованном Орджоникидзе, сообщил, что советская сторона, считая необходимым успешно завершить переговоры, пошла на увеличение нашей цены путем прямого повышения платы до 49,9 млн. франков и повышения премий на сумму около 1 млн. франков за достижение больших скоростей, чем 39,5 узлов; кроме того, для большей ответственности фирмы за техническую помощь, советская сторона предложила французам премию за принятие таких же гарантий скоростей по второму лидеру с механизмами нашей постройки при французской технической помощи, что обеспечивало получение ими премии около 2,6 млн. франков (200 тысяч золотых рублей) за достижение вторым лидером скорости в 42 узла. Однако, французы не проявили достаточной заинтересованности к предложению советской стороны об увеличении премии прервав переговоры, отбыли на родину.

Поведение французской делегации не было таким уж необъяснимым. Дело в том, что на крутой поворот французов в отношении цены повлияли хорошие результаты испытаний лидеров "Террибль" и "Триумфан", показавшие скорости, по сообщению представителя фирмы инженера Гарди, при восьмичасовом испытав 42,5узлов ("Террибль") и 41,5 узлов ("Триумфан"). На дальнейшее повышение цены советская делегация не смогла пойти, не видя для этого оснований и не имея полномочий.

Намного раньше еще до «Мистралей»


Начальник Главморпрома предложил окончательно выяснить позицию фирм "Шантье де Франс" и "Фив-Лилль", причины внезапного повышения цены и возможность заключения договора на предложенных нами условиях, а также возобновить переговоры с главой другой конкурирующей фирмы "Бретань и Пеноэт", г-ном Фульдом на основе разработанного в Ленинграде договора и пойти на возможное увеличение цены, за получение турбинной установки "Рато" и техническую помощь, однако не выше цены, ранее заявленной этой фирмой — 55 млн. франков (4,2 млн. золотых рублей).

В случае невозможности в ближайшее время добиться положительных результатов с французскими фирмами, Муклевич предложил начать переговоры по технической помощи по лидерам с итальянскими фирмами.

20 мая 1935 г. СТО СССР утвердил предложение Муклевича. А 28 апреля 1935 г. начальник Управления Морских Сил РККА Орлов, написал письмо наркому обороны СССР К.Е. Ворошилову, в котором сообщил, что уже лично докладывал ему о целесообразности привлечения итальянцев к техничен помощи по лидерам. Орлов считал, что итальянцы могли дать нам корабль, по своим тактико-техническим элементам не уступавший французскому.

Кроме того, сотрудничество с итальянцами позволяло за цену, которую требовали французы только за одну механическую установку, получить в Италии, кроме технической помощи, целый корабль. Ввиду того, что корабль с участием итальянской технической помощи предполагалось строить по специально, для нас разработанному проекту и чертежам, то Орлов считал необходимым первый корабль заказать в Италии.

Таким образом, советское руководство, встретив препятствия с заключением договора о французской технической помощи, несмотря на проведенную большую подготовительную работу, решило оперативно переключиться на переговоры с итальянскими фирмами.

Уже 20 июля 1935 года Ворошилов докладывал Сталину и заместителю председателя СТО СССР Чубарю, что во исполнение постановления СТО были начаты переговоры с итальянскими фирмами о заказе лидера с элементами не ниже французских лидеров типа "Триумфан".

Что же касается французской технической помощи лидерам, то сохранилась справка, написанная на НКО СССР Ворошилова о поставках французских фирм для нас машинно-котельной установки для лидера эсминцев без монтажа на корабль и без чертежей на сумму 47300 000 франков (3,55 млн. руб.), а также чертежей корпуса лидера на сумму 3800000 франков (285 тыс. руб.).

7 сентября 1936 года, накануне подписания договора с итальянцами на постройку эскадренного миноносца, на стол заместителя народного комиссара обороны СССР Тухачевского, легло сообщение от уполномоченного НКО Гиттиса, в котором он информировал, что Наркомвнешторг, в связи с возобновившимися переговорами о торгово-финансовом соглашении с Францией, потребовал срочно справку об интересующих НКО объектах.

Для приобретения во Франции были заказаны объекты, в которых мы остро нуждались в тот момент. В частности, для флотских нужд срочно приобретались плавучие доки 2000-3000 т подъемной силы — 2 штуки; плавучая мастерская 7000 т водоизмещения с полным оборудованием — 1, буксиры морские 800-1000 л.с. — 10; транспорты нефтеналивные 3000 т — 2; транспорты нефтеналивные 1000-2000 т — 1; плавкраны 200 тонн грузоподъемности — 2; 50 т — 4; 10 т -10; бензиновые баржи -2; катера мореходные 30-50 т — 15; моторные катера бензиновые по 100 л.с. — 50; по 250-300 л.с. — 50; дизеля легкие по 50 л.с. — 30; по 150 л.с. — 30; противоторпедные сети — 5 миль.

Таким образом, Советский Союз предпринимал активные попытки использования военно-морских достижений промышленно развитых государств, в частности Франции. Но в силу различных причин технического и финансового характера, Франция не стала крупным поставщиком своего военно-морского опыта для СССР, как, например, Германия или Италия. Тем не менее, в середине тридцатых годов, в период политического потепления отношений между нашими государствами, военное руководство Советского Союза предприняло попытку использовать технические достижения Франции для укрепления Военно-морских сил РККА.

Намного раньше еще до «Мистралей»