Оружейная коллекция
Популярное
Карамультук и джезайл: грозное оружие для племён своего времени Слово «карамультук» происходит от тюркских слов «кара» — черный и «мылтык» — винтовка, ружьё. Именно поэтому вторым название этого оружия является «карамыльтык».
«Черное ружье» было широко распространено и на Кавказе, и в Азии.
Steyr-Solothurn S1-100. Пистолет-пулемёт, который смог опередить своё времяНовый тип патронов, более мощных, чем пистолетные, но не таких мощных, как винтовочные, позволил создать оружие, отличающееся легкостью, надежностью и высокой эффективностью. Речь идет об автоматах (штурмовых винтовках).
Траншейный нож. Особое холодное оружие применявшееся Первой мировойВо время Первой мировой войны сражающиеся страны придумали и внедрили массу новых образцов вооружения разного назначения. Одним из новых видов оружия стал т.н. траншейный нож. Эта разновидность холодного оружия предназначалась специально для рукопашного боя в узких окопах или помещениях, характерного для Первой мировой. В качестве траншейных ножей использовалось великое множество готовых изделий, а кроме того, подобное оружие разрабатывалось с нуля.
РПК-16. Взгляд на современный лёгкий ручной пулемёт из РоссииВ 1960-е годы американец Юджин Стоунер представил революционное на тот момент времени оружие — модульный стрелковый комплекс, известный под названием Stoner 63. Представленное оружие с взаимозаменяемыми элементами объединяло в себе свойства штурмовой винтовки и пулемета. На вооружение новинка принята не была, но ограничено использовалась подразделениями специального назначения ВМС США в варианте ручного пулемета.
Кобура-приклад MGC Telescopic Holster-Stock. Интересная историческая загадкаНекоторые образцы оружия и аксессуаров для него могут быть интересны не только своей конструкцией, но и примечательной историей. Более того, в отдельных случаях история образца оказывается запутанной, а попытка разобраться в ней приводит к самым неожиданным последствиям. Хорошим примером такой разработки может считаться одна малоизвестная кобура-приклад для пистолета Luger / Parabellum, чаще всего упоминаемая под безликим названием MGC Telescopic Holster-Stock.
Оружие
Лазерное вооружение: сухопутные войска и ПВО. Часть 3Использование лазерного оружия в интересах наземных войск существенно отличается от его применения в военно-воздушных силах. Значительно ограничена дальность применения: линией горизонта, рельефом местности и расположенными на неё объектами. Плотность атмосферы у поверхности является максимальной, задымления, туман и прочие препятствия, в безветренную погоду долго не рассеиваются.
Размывание существующих границ. Какие боевые машины выбирают страны ATP?Боевые машины пехоты и бронетранспортеры в настоящее время сближаются в том, что ранее традиционно их разделяло.
Семейство лёгких бронемашин EVEN ELC родом из ФранцииС 1950 года военное ведомство Франции и несколько ведущих оборонных предприятий вели работы по теме перспективной легкой бронетехники для десантных частей. Планировалось разработать машину массой не более 6-8 т, пригодную для перевозки военно-транспортными самолетами и способную бороться с танками противника.
Из истории развития артиллерийского образования на России. Ч. 3Мы обходим вниманием рассмотрение организационных формирований и переформирований артиллерийских школ, их переименований и неоднократных объединений с инженерной школой с последующим разделением, а лишь пытаемся проследить некоторые тенденции развития артиллерийского образования в России.
Исторические рассказы об оружии. Боевой "Пономарь:" САУ "Секстон Мk-I (II)"Мы неоднократно писали о том, что война просто кишит чудесами и поступками, которые иногда меняют исход боя, битвы, войны в целом. А иногда война меняет общеизвестные пословицы. Примерно так произошло в жизни нашего следующего героя.
Подпишись на рассылку и будь всегда в курсе наших новостей.

Суверенитет в космосе также необходим!

Суверенитет в космосе также необходим!


На днях всплыла интересная информация: некие хакеры выложили переписку предположительно главы Роскомнадзора того периода, когда в Крыму принималось решение о проведении референдума. Обсуждаемой задачей было обеспечение трансляции российского телевидения на территорию республики. С учётом невозможности быстрого размещения инфраструктуры кабельного вещания, но широкого распространения спутниковых приёмников, было решено запустить вещание через спутник. И тут ведомство столкнулось с проблемой: космический аппарат «Ямал-402», принадлежащий компании «Газпром — Космические Системы» (ГКС), не имеет дополнительного резерва мощностей для доставки сигнала на Крым.

В качестве временной меры было решено использоваться китайский спутник ABS-2, мощности на котором были законтрактованы ВГТРК. Наземные передающие станции в Крыму просто перенастроили на приём сигнала с этого спутника, и задача была решена.

И всё бы хорошо, но осадочек, как говорится, остался.

Во-первых, крайне неприятно, что в такой важный момент России пришлось полагаться на помощь союзника. Или пусть даже не союзника, но хотя бы партнёра без кавычек. В переписке прямым текстом указывалось, что использование европейских или американских спутников было бы ненадёжным вариантом по очевидным политическим причинам. Что же, хорошо, конечно, что у нас есть широкие международные контакты и договорённости в самых разных областях, а также надёжные партнёры, которые готовы оказать нам поддержку и выдержать данные обязательства. Но с другой стороны, и это во-вторых, очень неприятно, что в таком важном деле нам пришлось полагаться на добрую волю пусть и надёжного государства, но всё же не на свои собственные силы.

Я уж молчу, что, в-третьих, подобная переписка ни при каких обстоятельствах не должна взламываться и всплывать на всеобщее обозрение. Ведомство, занимающееся информационной безопасностью страны, не защищено само — это недопустимая ситуация.

Однако вернёмся к вопросу о спутниках. По различным оценкам, «средняя температура по больнице» составляет примерно 30% обеспечения наших нужд в космической связи через национальную спутниковую группировку. Радует, что этот процент неуклонно растёт. Огорчает, конечно, что он, несмотря на это, всё ещё крайне низок — это и показала наглядно ситуация с Крымом. На 70% мы обеспечиваем свои потребности за счёт иностранных спутников. И в этом есть своя логика.

Когда Россия запускает чужой спутник, она зарабатывает деньги. Получает прибыль, поддерживает собственную космическую отрасль. Конечно, можно не ограничиваться деньгами — ими и не ограничиваются. Можно договариваться об условиях использования запущенного аппарата на льготных позициях партнёра по его запуску, а не совсем постороннего третьего лица. Конечно, это выгодно: владелец спутника экономит живые деньги, возвращая их услугами запущенного аппарата, а Россия покрывает свои потребности в связи без фактических вложений в наращивание собственной спутниковой группировки.

И вот последний момент, конечно, является скорее минусом, чем плюсом. Как сыр в мышеловке. Владелец спутника получает совершенно реальный аппарат на орбите, который будет долго работать, приносить прибыль и решать задачи. А Россия получает лишь честное слово и подписи на бумагах. Жизнь уже показала, что в наше время честное слово Запада и его подписи ничего не стоят: взять хотя бы свежую историю с «Мистралями». Впрочем, честное слово Востока пока оказывается надёжным, но это всё равно очень плохая политика: надеяться на чужое слово и чужую честность.

Итак, хорошая новость заключается в том, что обеспеченность вооружённых сил аппаратурой космической навигации и связи на сегодня составляет около 80%. И это уже неплохо, учитывая, что всего 2 года назад это было 50%. По крайней мере, наша оборонка приближается к полному покрытию своих нужд за счёт своих же собственных средств. Пусть за этими цифрами и стоит некоторое количество спутников устаревших или выработавших свой ресурс, но динамика роста говорит о том, что их число пополняется, и, разумеется, пополняется современными аппаратами.

Хуже то, что телевидение, мобильная связь и многие другие сервисы, которые прямо или косвенно зависят от спутниковых коммуникаций, явно не относятся к оборонной сфере и не получают такого приоритетного финансирования. А в наше время, когда о «гибридной войне» говорить стало крайне модно, слово должно подкрепляться делом: если информация — это оружие, то информационная безопасность страны — это не многим менее важно, чем её безопасность воздушная, противоракетная или противотанковая. В наше время страны прекрасно уничтожаются изнутри при помощи СМИ — гораздо быстрее, дешевле и эффективнее, чем раньше это делалось извне при помощи оружия.

Таким образом, хоть запуск своих спутников и не приносит таких денег, а напротив, является вложением, но необходимость в таких вложениях назрела. Как говорится, на безопасности не экономят, а в наш век именно средства массовой информации и массовой коммуникации являются и оружием, и бронёй, в зависимости от того, как их применяют. Не говоря уже о том, что информатизация в России достигла такого высокого уровня, что удар по этим сервисам способен погрузить страну в нешуточный и болезненный хаос. Потому что уровень обеспечения организаций и населения такими услугами совершенно не соответствует уровню обеспеченности страны всей необходимой инфраструктурой, а это значит, что мы пользуемся благами цивилизации лишь до тех пор, пока нам это позволяют. В случае крайне жёстких сценариев необходимое оборудование и сервисы могут и отключить. Тогда и без военных действий ущерб мы будем подсчитывать весьма значительный.

Суверенитет России должен распространяться на все области, да и про информационную безопасность уже говорили не раз. Если это останется лишь словами, то мы продолжим оставаться в крайне уязвимом положении. Обнадёживает то, что власти, судя по всему, прекрасно понимают существующее положение дел, и расходы на космическую программу закладывают такие, что либеральные и западные СМИ лишь возмущённо фыркают: ишь, мол, чего захотели — настоящей независимости в этом вопросе! Мол, нам это не по плечу и не по карману. Увы, уже не столь важно, насколько задача сложна, потому что решать её совершенно необходимо.